Тот, кто создаёт, уверен: он создаёт новое. Он берёт кисть, камень, уголь или слово и думает, что изобретает форму. Но спустя годы непрерывной художественной практики; становится ясно другое. Форма не появляется из ничего — она уже есть. Она поднимается из глубины, как будто её расчищают. Линия возникает раньше мысли, рука движется, а объяснение приходит позже. Знание присутствует, разум лишь догоняет его.

Форма извлекается. Художник выкапывает её из глубины, убирает лишнее, и она становится отчётливой. Речь не о прошлом, а о слое вне времени, который присутствует внутри человеческого опыта. Это структура. Художник опускается туда и расчищает. Форма проходит через руки, собирается и становится неизбежной. Автор перестаёт быть центром. Форма проявилась и продолжает движение.

​

Археология себя — способ исследования. Творчество выводит внутреннее наружу. Без этого многое остаётся скрытым. Форма становится способом увидеть то, что иначе не заметить.

Я много лет занимался этим. Копал внутрь, доставал формы и образы, которые не были мне известны. Чем глубже это движение, тем яснее становится структура.

​

У каждого есть вход внутрь. У кого-то он закрывается после детства, кто-то оставляет его открытым. Иногда сама жизнь возвращает к этим дверям. Если оставить их открытыми и воплощать импульсы, приходящие оттуда, возникает целостность. Если закрыть — напряжение накапливается.

Эти импульсы не исчезают. Они продолжают давить изнутри, требуя выхода. Когда выхода нет, человек начинает глушить это состояние. Алкоголь, наркотики и другие способы сужают восприятие и подавляют движение. Это попытка замолчать себя и продолжать жить.

Внутреннее пространство не ограничено и разворачивается по мере движения. Миры не существуют заранее — они проявляются в процессе.

​

У нас был разговор с Русланом и Ромуальдасом в разные периоды времени. Они говорили: если всё — это ты, значит это замкнутая система. Ромуальдасу это виделось тюрьмой. Мне он виделся как некий хакер сознания, пытающийся найти выход за пределы себя, то есть обмануть самого себя.

Я отвечал им: если всё — это ты, значит ты бесконечен. Внутри этого нет границ. Есть только направление. Твори в любом ключе. Это не ограничение, а свобода.

​

Можно идти вниз — вглубь. Можно идти вверх — к источнику. Можно остаться на поверхности. Каждый выбирает сам. Археология себя напоминает раскопки на острове Пасхи. Долгое время казалось, что это только головы. Потом начали копать глубже и обнаружили тела. Так же и здесь: мы видим поверхность, но структура уходит глубже. Сознание не имеет предела ни в одном направлении. Его невозможно исчерпать. Но движение имеет смысл.

​

Копать. Смотреть. Извлекать. Потому что там есть всё. Предела нет. Остаются вектор и искра. И найденное зависит от ищущего.